marss2 (marss2) wrote,
marss2
marss2

Алексей Чадаев: «В России предательство элит хорошо срабатывает»

«ЭТО БЫЛА НЕ СТОЛЬКО «РУССКАЯ ВЕСНА», СКОЛЬКО «СОВЕТСКАЯ ВЕСНА»

— Какова вообще сейчас ситуация с межнациональной напряженностью в России?

— Крым дал резкий спад межнационального напряжения в России. Почему? У меня есть две гипотезы. Одна, что в каком-то смысле это был сигнал к такому возвращению советского. То есть для большинства это была не столько «русская весна», сколько «советская весна», а значит, мы все братья и мы все один народ.

— Означает ли это, что сейчас могут появиться идеи, способные стать базой нового интернационализма советского типа?

— Да, такое окно появилось. Идея «русской России» от Бирюлева до Бибирева, которая еще три года назад была вполне топовой, оказалась сегодня глубоко в маргиналии. И это видно даже по национальным республикам. Острота многих проблем просто ушла. Из-за Крыма, из-за Сирии. Чего нам между собой ругаться, когда кругом враги, а для них мы все русские — люди рассуждают примерно так.

— А вторая версия?

— Вторая — экономическая повестка занимает больше места. Подъем буржуазного национализма, как учит история, — это всегда следствие экономического роста. А у нас спад.

— Но, когда пирог сжимается, разве не начинаются разборки, кому больше достанется? Не возникает вопросов к диаспорам, национальным лобби, где традиционно друг друга поддерживают, а значит, оказываются жизнеспособнее?

— Нет, социология показывает другой тренд. От кризиса пострадали все одинаково. В 90-е годы от того кризиса кто-то, наоборот, получал профит, и диаспоры в том числе, а сегодня в смысле ухудшения положения все в одной лодке. И экономическая повестка перебивает этнополитическую. Это вопрос, какие темы в фокусе внимания населения.

— Российская несистемная оппозиция разыгрывает этническую карту кавказофобии. Но как с такими идеями они смогут вообще работать в национальных регионах России?

— Так они давно уже от этого отказались. Там логика какая? Мол, все равно во всех «нерусских» регионах выборы это всегда 146 процентов за власть, а мы вот зато поборемся в «русских» регионах. Например, по нашему опросу, 7 процентов считают, что Кадыров сделал больше плохого для России, а 49 процентов, что больше хорошего. Вот за эти 7 процентов они и предполагают побороться.



«ВОСПРИНИМАЕТСЯ ТАК, ЧТО КАДЫРОВ — ЭТО СИЛА, КОТОРАЯ В СЛУЧАЕ ЧЕГО НАС ЗАЩИТИТ»

— Не так давно вы вместе с ВЦИОМом провели интересный соцопрос, где выясняли отношение россиян к Рамзану Кадырову и российской несистемной оппозиции в связи с их конфликтом. Откуда вообще возникла эта история?

— Хотим мы того или нет, убийство Немцова дало возможность оппозиции поездить и попаразитировать на такой популярной, «народной» теме взаимной нелюбви русских и нерусских. У них еще была любимая тема — коррупция, но ее власть успешно перехватила. И теперь Путин, который увольняет губернаторов, и ОНФ — больше антикоррупционеры, чем Навальный. Таким образом, несистемные входили в выборный год без единой выборной темы, и тут вдруг появилась такая удачная «народная» тема.

Почему «несистемные» избрали Кадырова мишенью? Во-первых, он чеченец, то есть можно разыграть тему кавказофобии. Во-вторых, он активно есть в интернете, а это среда, где оппозиция и ее сторонники тусуются и живут. Кадыров есть в Twitter, в Instagram. И третье — он на них реагирует и отвечает. Он относится к тем 12 процентов граждан России, которые вообще знают, кто такая несистемная оппозиция. Остальные просто не представляют, кто это. Поэтому со всех сторон оказалось удобно атаковать главу Чечни. Мы в силу этого решили посмотреть, а как население относится, соответственно, к ним и к Кадырову.

Результаты просто сенсационные. То, что «несистемных» не знают, это ясно. То есть в ходе опроса задают респондентам вопрос: а кто такие активисты несистемной оппозиции? И люди называют Порошенко, Грефа, сатирика Задорнова, Прохорова, Жириновского, Собчак. Даже среди тех, кто может ответить на этот вопрос и понимает, кто это, отношение к несистемным такое — неорганизованные, нелогичные, ничего толком предложить не могут, договориться между собой не могут и в этом смысле силой не являются. Плюс стандартные вещи из пропаганды — агенты США, кроме того, они ведь поддерживают Украину с ее антироссийской риторикой. Но это еще можно списать на госпропаганду против несистемных. Однако рефрен неорганизованности, нелогичности и неспособности договариваться даже между собой — это уже не пропаганда. Это уже то, что люди видят сами из реальности.

— Почему оказалось, что симпатии опрошенных — на стороне лидера Чечни?

— Во-первых, он заработал уважение у россиян по сравнению с данными десятилетней давности. Число людей, говорящих, что Кадыров вызывает уважение, выросло раза в три. Сейчас это 31 процент. На многие вопросы у людей с ним мнения совпадают. Ну и плюс действительно Украина, возможность военного конфликта на Донбассе, вообще нарастание внешнеполитической напряженности. При общем ухудшении ситуации люди скорее думают, что лучше в одном окопе оказаться с Рамзаном Кадыровым, чем с Ксенией Собчак.

— Причем люди думают, наверное, что они будут в одном окопе с Рамзаном, а те-то будут в другом, напротив...

— Да, то есть тема национальной безопасности воспринимается так, что Кадыров — это сила, которая в случае чего нас защитит.

«НА ЗАПАДЕ БЫЛА УСТАНОВКА ПОИГРАТЬ С НАЦИОНАЛИСТАМИ В РОССИИ»

— Тут можно обратить внимание на интересную такую вещь. Запад поддерживает наших оппозиционеров, несмотря на эти вот, по сути, националистические и совершенно нетолерантные идеи. Но западные элиты и медиа предельно жестко давят подобные идеи у себя, в своих странах. В Европе кризис с беженцами, и из-за этого просто истерика, что правые партии и движения набирают силу. Как это может сочетаться?

— Стандартная ошибка американцев в том, что они не особо отличают Россию от стран третьего мира. А там они, как известно, великие мастера разыгрывать именно националистические противоречия: уже не один век всегда поддерживали националистов, чтобы разваливать государства.

— То есть в Европе националисты им враги, потому что они могут развалить Евросоюз, а у нас — друзья?

— Да, а здесь нормально. Срабатывает традиционный уже механизм. Немцы, например, активно в начале ХХ века помогали Бандере и Мельнику, а в ХХI веке Запад в Бенгази поддерживал кланы, которые были против Каддафи. Для них все эти страны — дикое поле, там звери ходят в шкурах, значит, любой националист — союзник. Насколько я понимаю, на Западе была установка поиграть с националистами в России, и наши нацдемы активно заявлялись на кастинг на получение помощи Запада. Но Запад, во-первых, опоздал. В 2013 — да, сейчас — нет. А во-вторых, лепить из Яшина и компании борцов за русское дело? Таких не слушают те, кто разделяет националистические идеи.

— Похоже, что либеральная интеллигенция, которая поддерживает их «антикадыровскую» линию, делает это не из-за кавказофобии, а потому что Кадыров — это такое олицетворение путинской системы, главный сторонник Путина.

— И, кстати, Кадыров сам на этом очки набирает. Он говорит: да, я наиболее последовательный путинист, и кто против меня?

— А население поддерживает его, в том числе и поэтому?

— Да, и это как раз подтверждает, что мы не страна третьего мира, и в межнациональных вопросах тоже. У нас отношение к этому сложнее, сказывается влияние советского периода, и люди во многом в восприятии этого вопроса советские. Если брать Украину, то Донбасс не стал фабрикой идейного русского национализма. Он стал скорее борьбой советского человека против разных этнонационализмов. То есть люди в итоге умирали за памятник Ленину, сносимый правосеками.

— Означает ли это, что потенциал советского проекта в этом смысле не исчерпан? И что при желании и ребрендинге его можно восстановить? Ведь поддержка «русской весны» показала, что такой потенциал есть.

— Да, советский интернационализм по какой-то причине вызывает симпатии сегодня как у русских, так и в национальных республиках России.

— А КПРФ как официальные наследники советских идей смогут это использовать на выборах?

— Если они смогут подхватить это и интернациональную повестку добавить в избирательную кампанию. Смогут — молодцы, не сумеют — титул почетных проигравших у них никто не отбирал.


«ХОДОРКОВСКИЙ — СЕРЬЕЗНЫЙ ЗВЕРЬ, ОН УМЕЕТ РАБОТАТЬ ВДОЛГУЮ»

— По выборам президента. Будут ли пытаться наши западные партнеры в 2018 году организовать некие провокации, столкновения, майданы и так далее?

— В штатном режиме все будет, но ставки на это никто уже не делает. Пришел Ходорковский, и все «построились». Раньше на этом поле бегала «мелочь», ссорились, выясняли, кто тут главный. А теперь пришел он и сказал, что главная задача предстоящих избирательных кампаний — отсматривать людей, наращивать кадровый потенциал. Интересных и пассионарных, но выпавших из системы, подбирать и учить, обкатывать, давать им реальный опыт. В отличие от всех остальных, Ходорковский умеет работать вдолгую.

— Но это все уже не на 2018 год?

— Конечно, он будет строить трех-пятилетнюю стратегию.

— А каковы его шансы как фигуры? С его репутацией в России, как кажется, он не может претендовать на пост президента?

— Дело не в репутации. У него есть организационный потенциал и ресурс, способность организовать людей в систему, а это именно то, чего нашей оппозиции не хватает.

— А как же фигура лидера? Или он сам не планирует попасть в Кремль?

— Думаю, нет, фронтменов можно найти, натренировать. А он будет таким главным менеджером этого процесса, этой всей борьбы. Будет управлять пулом этих спикеров, активистов. В этом смысле он серьезный зверь. Видно, как они в регионах сейчас перехватывают пул у Кудрина с его комитетом гражданских инициатив (КГИ). Никаких шансов у вот этой старой КГИ-компании против нового порядка не просматривается. Плюс амбиции. У Кудрина амбиции — показать Медведеву, что его зря выгнали. А это не та амбиция, с которой борются за власть. Поэтому люди перебегают к Ходорковскому и его структурам. Во-первых, в расчете на финансирование, но, во-вторых, потому что там порядок. Плюс понимают, что Запад поддерживает.

«СЕЙЧАС ИГРА ЗАПАДА — ОТКОЛОТЬ ЧАСТЬ ЭЛИТ ОТ ПОСТКРЫМСКОГО КОНСЕНСУСА»

— А с какими группами электората эти люди планируют работать? С молодежью?

— Да, с теми, кто «чистый лист». По сути, я думаю, что их целевая аудитория — дети путинского поколения. Которые никакой другой России не видели, которые не понимают ничего про дикие 90-е — для них это то же самое, что Александр Македонский и каменный век.

— А к тому же это может быть первое поколение с нисходящей социальной динамикой. У молодых даже в 90-е были шансы, и в 2000-е. А у этих может не быть. Стагнация, холодная война. Сможет ли власть удержать лояльность этого поколения?

— Именно так. 50-летние сегодня сидят на ресурсах, и надо еще 30 лет ждать, пока это поколение уйдет, чтобы что-то получить. Но надо не забывать, что в России успешны не те революции, которые происходят снизу, а те, которые сверху. Революция 1905 года закончилась ничем, а в революции 1917-го царя предали ближайшие соратники. И что потом происходило это последствия уже именно этого события. В этом смысле верна западная ставка на персональные санкции против людей, которые что-то имеют и решают, а также членов их семей — это вкупе с тем фактом, что Михаил Борисович — человек из их среды. Там будет транслироваться ясный месседж — валите Путина, и вас тогда снова допустят на Запад и разрешат жить как раньше.

— И они верят, что их опять «возьмут в буржуинство»?

— Конечно. Банку варенья и корзину печенья никто не отменял, вот она лежит. А вся эта тусовка в 2000-е была воспитана на том, что лучше Porsche и лабутенов в природе ничего нет. Мотивация тут снова стать продаваемыми там, получить неограниченный доступ к благам той цивилизации.

— Но они же видели, что если нужно, доступ отключат и все заберут? Деньги туземцев тоже нужны в кризис, и это смогут повторить западные партнеры в любой момент.

— Понятно, но сейчас игра Запада — отколоть часть элиты от посткрымского консенсуса. И в России, повторю, предательство элит хорошо срабатывает.

— Что должна власть сделать, чтобы не потерять кредит этого посткрымского доверия населения?

— Единственный способ борьбы и с заговором элит, и с утратой доверия масс тоже в истории известен только один — это опричнина. Создавать снизу какую-то машину по давлению на элиты, владельцев ресурсов. ОНФ — прототип, но получится ли его развернуть во что-то большее?

«ПРОБУЖДЕНИЕ СОЗНАНИЯ МОЛОДЕЖИ — ЭТО ЯВЛЕНИЕ»

— Какие прогнозы по выборам и политической ситуации вы можете дать по Татарстану?

— Не могу не сказать важную вещь. Я много последние годы занимался развитием предпринимательства. И Татарстан — флагман развития этой темы в стране, и сегодня это уже переходит в политическую плоскость и начинает играть свою роль — именно такой национально ориентированный новый предпринимательский слой становится политическим фактором. Люди зарабатывают первые деньги и хотят идти в политику. Типичный путь для такого предпринимателя — после своих деловых успехов идти в местные депутаты. Для Татарстана это более чем актуально. У этих людей, конечно, каша в голове, самые разные и экзотические представления, как работает государство и что надо сделать для повышения его эффективности. У них много энергии — считают, что раз там получилось, и тут получится. Это фактор энергетизирующий политику, но одновременно и опасный.

Что касается темы межнациональной напряженности, то, как и везде в стране, она будет меньше по причинам, о которых я уже сказал. Скорее интересно смотреть не на межнациональный фактор сегодня, а на религиозный.

— А какую роль играет религиозный, а в Татарстане — исламский, фактор в политике?

— Для любого мусульманина сейчас много вопросов, с кем он и за кого, так как внутри ислама идет противостояние, и Сирия лишь его полигон. Встают фундаментальные вопросы. И конечно, тоже интересный новый фактор — это молодежь 20 - 25 лет, которая находится в поисках идей: они приезжают из таких регионов в Москву, набивают полный рюкзак книжек и читают все, о мировой истории, политике, истории религии, ислама.

Пока ими занимаются исключительно спецслужбы, которые под каждым кустом ищут ваххабита. Но это такое пробуждение сознания молодежи, и это явление неоднозначное. Для тех, кто управляет процессом, для политических менеджеров очень важно эту среду не потерять, не оттолкнуть, вовлечь в позитивное строительство, чтобы они увидели возможность раскрыть свой потенциал и реализоваться в российской системе.

— Мне кажется, это касается не только исламской молодежи. Вообще говоря, на фоне кризиса такие поиски возникают у всех. Но если в 90-е эти искания у молодежи были, в 2000-е это прекратилось, вся энергия ушла на то, чтоб заработать деньги, так как это было вполне реально. Начнется ли такой поиск снова?

— Да, это уже началось. И этими ребятами должны заниматься не только спецслужбы. И говорить с ними надо не на языке пропаганды, нужен диалог. С ними должны говорить интеллектуалы. Некоторое время назад мы провели в Грозном философский семинар по урбанистике казалось бы, такая отвлеченная тема, но мы увидели неподдельный живой интерес именно среди 20-летних ребят.

Нас ждет время интеллектуального поиска. И важно, чтобы три направления — религиозное, политическое и деловое — дополняли друг друга. Чтобы любой молодой человек понимал, как это все связано друг с другом, и видел для себя возможности во всех этих сферах.

http://m.business-gazeta.ru/article/305565/

Маринэ Восканян

Tags: Алексей Чадаев, Политика, Россия национализм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo marss2 june 25, 2014 01:11 1
Buy for 10 tokens
"Фак, как быстро пролетело лето. Так много всего запланировала, но ни черта не успела ". Оставлю это тут, чтобы в сентябре не писать Иногда я чувствую себя бесполезным, но затем вспоминаю, что дышу, вырабатывая при этом углекислый газ для растений. Как ввести гопника в замешательство:…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments