October 28th, 2017

belmondo

СОВЕТСКАЯ НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА В 1958-1959 ГОДАХ

Во вступительном слове Г. Тушкан отметил положительную роль всероссийского совещания по научно-фантастической и приключенческой литературе, проведенного в 1958 году. За истекшие два года, сказал он, заметно уменьшился поток тусклых, очень слабых и даже халтурных приключенческих книг. С другой стороны, резко возросло и продолжает возрастать количество произведений научной фантастики. Отряд активно действующих писателей-фантастов пополнился новыми именами. Об этом можно судить хотя бы по списку книг, вынесенных на обсуждение. 1 Кстати, в нем отсутствуют не только многие новинки, но и не указаны критические и литературоведческие работы. 2
На этой дискуссии хотелось бы не только подвести итоги, но и обсудить дальнейшие пути развития научно-фантастической литературы. А перспективы, которые открываются перед нею, поистине грандиозны.
Намечаемый ныне двадцатилетний план развития народного хозяйства с 1960 по 1980 годы будет планом и программой построения коммунизма в нашей стране. Прямое призвание писателей-фантастов - находиться на первой линии борьбы за наше коммунистическое будущее.
Советская фантастика исключительно многообразна, диапазон ее очень широк - от фантастической сказки до реалистического романа о творческом труде изобретателей и ученых, от приключенческого романа и романа-памфлета с элементами научной фантастики до научно-популярных книг, в которых фантастика служит лишь условной посылкой, оживляющей повествование (В. Брагин. "В стране дремучих трав", П. Гордашевский. "Их было четверо"). Но в каких бы направлениях ни шли творческие поиски авторов, фантастическая литература должна твердо стоять на позициях марксистской философии и не скатываться в фантасмагории. А между тем время от времени еще появляются фантастические произведения, далекие от какой бы то ни было науки и проникнутые к тому же сомнительными идеями. В качестве примера оратор приводит во всех отношениях неудачный роман Л. Оношко "На оранжевой планете".
Наше время, насыщенное героизмом самого высокого накала, дает небывалый материал для создания отличных научно-фантастических книг, остро увлекательных, открывающих необычные гипотезы, рассказывающих о таких научных достижениях и о таких подвигах, которые сегодня кажутся фантастикой, а завтра станут былью.
Collapse )
promo marss2 june 25, 2014 01:11 1
Buy for 10 tokens
"Фак, как быстро пролетело лето. Так много всего запланировала, но ни черта не успела ". Оставлю это тут, чтобы в сентябре не писать Иногда я чувствую себя бесполезным, но затем вспоминаю, что дышу, вырабатывая при этом углекислый газ для растений. Как ввести гопника в замешательство:…
belmondo

ПОСЛЕДНИЕ НАСЛЕДНИКИ ЖЮЛЯ ВЕРНА В СССР

Научная фантастика в мировой литературе началась с произведений Жюля Верна. Это были в основном произведения о необыкновенных приключениях и открытиях на нашей родной планете Земля.

Потом знамя фантастических путешествий и приключений было подхвачено такими авторами, как Ж. Рони-старший, А. Конан-Дойл, М. Ренар и др.

В Советском Союзе приключенческо-географическую фантастику писали очень многие известные писатели и ученые. Академик В. Обручев вошел в литературу с романами "Плутония" и "Земля Санникова", а академик

И. Ефремов с "Рассказами о необыкновенном" и "Звездными кораблями".

До и сразу после Великой Отечественной Войны познавательно-географическую фантастику писали: А. Адамов "Тайна двух океанов", Г. Тушкан "Черный смерч" и "Разведчики зеленой страны", Л. Платов "Повести о Ветлугине" и другие.

В конце 50-х и начале 60-х годов ХХ века писатели-фантасты начали уходить с матушки-земли в космос, на другие планеты и в путешествия по времени. На Земле остались немногие. Так Войскунский и Лукодьянов дебютировав фантастико-приключенческим романами "Экипаж Меконга" и "Щит Нетона" тоже ушли в космос и путешествия по времени.

На Земле к концу 60-х годов остались практически два фантаста-путешественника: Глеб Голубев и Герман Чижевский.

Поговорим о каждом в отдельности.

Collapse )
belmondo

ЗАПИСКА ЦК КПСС О НЕДОСТАТКАХ В ИЗДАНИИ НАУЧНО-ФАНТАСТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ЗАПИСКА ОТДЕЛА ПРОПАГАНДЫ И АГИТАЦИИ ЦК КПСС О НЕДОСТАТКАХ В ИЗДАНИИ НАУЧНО-ФАНТАСТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ *
Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС считает необходимым доложить о серьезных недостатках и ошибках в издании научно-фантастической литературы.
Особого внимания, по нашему мнению, заслуживают произведения так называемой "социальной" или "философской" фантастики, в которых моделируется будущее общество, его политические, моральные, человеческие аспекты.
Научно-фантастическую литературу в СССР издают около 20 издательств - центральных, республиканских, областных. Ее регулярно печатают более 50 журналов и газет, многие из которых выходят миллионными тиражами.
Если с конца прошлого века до 1958 года в нашей стране на русском языке было выпущено около 450 названий произведений фантастики, то с 1959 по 1965 год включительно только на русском языке было издано более 1200 научно-фантастических произведений, включая переиздания, общим тиражом около 140 миллионов экземпляров. Литература по фантастике стала как бы литературной модой. Особенно большую популярность научно-фантастическая литература снискала себе среди молодежи и подростков.
Произведения этого жанра читаются молодежью буквально запоем.
Советская фантастика всегда отличалась своими прогрессивными тенденциями, твердо стояла на основах научного мировоззрения, смело вторгалась в сложные и малоизученные жизненные проблемы.
Для нее были характерными высокий гуманизм, глубокая вера в силу человеческого разума, оптимистический взгляд в будущее человечества, неизменно связанное с победой и торжеством коммунистических идеалов.
Однако в последние годы в результате снижения требовательности со стороны издательств и редакций журналов к авторам, к идейно-художественному уровню произведений научно-фантастическая литература претерпела определенную эволюцию.
Книги этого жанра начали все дальше отходить от реальных проблем науки, техники, общественной мысли, их идеологическая направленность стала все более притупляться и, наконец, стали появляться произведения, в которых показывается бесперспективность дальнейшего развития человечества, крушение идеалов, падение нравов, распад личности.
Жанр научной фантастики для отдельных литераторов стал, пожалуй, наиболее удобной ширмой для легального протаскивания в нашу среду чуждых, а иногда и прямо враждебных идей и нравов.
Collapse )
belmondo

МОЙ БЕЛЯЕВ

Есть литературные герои, которых знают, наверное, все - от мала до велика. Вы когда-нибудь обращали внимание на тот любопытный факт, что в большинстве своем это персонажи приключенческой и фантастической литературы, прочно вошедшие в нашу духовную жизнь, ставшие неотъемлемой частью ее? В самом деле, пришлось бы приложить, вероятно, титанические усилия, чтобы обнаружить человека, которому - хотя бы понаслышке - не были известны имена Д'Артаньяна, Гулливера, Ассоль или капитана Гранта! Герои, которые неотступно следуют за нами из самого детства - оберегая нас, вдохновляя и восхищая. Не найти, пожалуй, и такого читателя, в чьих глазах хотя бы на мгновение не сверкнул огонек светлой ностальгической грусти при упоминании Ихтиандра - несчастного юноши из морских глубин...

... Было мне тогда, наверное, лет семь или восемь, когда я всем телом и душой провалился в красочный мир фильма "Человек-амфибия" В. Чеботарева и Г. Казанского. Нелегко передать словами те первые детские впечатления, почти не изменившиеся и с годами. На сэкономленные на школьных обедах деньги мы с приятелями накупили билетов почти на все сеансы и за неделю умудрились посмотреть фильм не меньше десяти раз. Этот фильм стал для нас в прямом смысле слова культовым.
Мы просто бредили им. И всякий раз, уже зная наизусть каждую реплику, едва гасли огни в зале, мы самозабвенно и преданно погружались в волшебство фантастической сказки - снова и снова.
И всегда это было - впервые! Мы вновь и вновь ожидали, что вот на этот раз финал у фильма будет иным, и никак не хотели простить режиссерам "несчастливую" концовку. А потому, после сеанса, скучковавшись на скамейке возле кинотеатра, шумно фантазировали - придумывали продолжение истории, в которой гениальный доктор Сальватор делает операцию Гуттиэре, превращая ее в амфибию, а потом они с Ихтиандром жили долго и счастливо.

А уж ставшие знаменитыми хитами Андрея Петрова "Эй, моряк!" и "Песня рыбака" любимы и по сию пору.

Тогда был только фильм, и представления я не имел, что существует литературный первоисточник. Мы воспринимали эту сказку как самую настоящую реальность, мы не могли смириться с тем, что Человек-амфибия - выдумка писателя или режиссеров.

Свое открытие Александра Беляева я совершил классе в четвертом: библиотекарь доверила мне - как постоянному посетителю - книгу из читального зала. С обязательным условием: вернуть через два дня в целости и сохранности.
Этой книгой оказался сборник "Голова профессора Доуэля".

Двух дней мне не понадобилось - книга была "проглочена" в тот же вечер.

Collapse )
belmondo

Интервью с историком и писателем Вячеславом Рыбаковым

моральная дилемма – космополитизма интеллектуалов и тоталитарного патриотизма охранителей – была  раскрыта в романе 2000 года писателя Вячеслава Рыбакова «На чужом пиру».
Мы хотели вернуться к этой же теме в беседе с писателем: вопрос о том, какими средствами формируется «патриотический интеллектуальный класс», то есть класс интеллектуалов, преданный идее развития российской цивилизации, станет главным в текущем столетии.

— Вячеслав Михайлович, Вы написали в 2000 году роман «На чужом пиру», посвященный террористической группе, убивающей покидающих страну ученых как предателей Родины. Очевидно, что в своем романе Вы осуждаете террористов, но вместе с тем считаете их гнев в чем-то оправданным. Как Вы сегодня относитесь к этой проблеме? Изменилось ли что-то за эти годы в вашем восприятии ее? Стали ли Вы с бóльшим пониманием относиться к патриотам или же к космополитам?

Collapse )
belmondo

Кимоно: не по делу на голое тело

Оригинал взят у shakko.ru в Кимоно: не по делу на голое тело
В конце XIX века в Европу стали ввозить кимоно вагонами. Все японское было было модным, под Японию подделывались, стиль этот назывался "жапониз" ("японщина" по-французски).

Взглянем на один аспект этой истории: художники радостно бросились писать картины с женщинами, наряженными в красочные восточные "халаты". Делали они это в традиционной западной манере -- реалистичной, с объемом и светотенью (импрессионисты тоже). Эффект для сегодняшнего зрителя оказывается странным.




Ведь поток информации у тех авторов, разумеется, был не сравним с нынешним -- информации поступало об Японии достаточно мало. У нас же сегодня глаз привык к японской графике, мы знаем, как в искусстве "должна" выглядеть женщина в кимоно. Поэтому те картины середины XIX - начала XX веков кажутся немного забавными, наивными, а порой даже нелепыми.

Collapse )
belmondo

наши диды в гулаге не сидели

блогер! наши диды в гулаге не сидели.

они сидели в тюрьмах и лагерях

в гулаге, главном управлении лагерей, твой дед сидел. ну или на вышке стоял.

===============
тут все просто: в гулаге сидели мусора, в лагерях люди.
сидел в гулаге - это звучит как сидел в фсин. на какой должности?


https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=2399793060246585&id=100006477429334