April 25th, 2019

belmondo

о правах женщин в секс-индустрии

Весной 2004 года я был направлен руководством на семинар о правах женщин в секс-индустрии.
Я тогда был начальником следственного отдела в прокуратуре Чувашии, а семинар был организован для прокуроров и следователей приволжского округа в Нижнем Новгороде самой Еленой Борисовной Мизулиной.
Ехал я с опаской.
Во-первых, Елена Борисовна. Автор ультралиберального УПК, и, вообще, светоч либерализма.
Во-вторых, в производстве у нас уже было уголовное дело в отношении организаторов поставок девочек за рубеж.
С потерпевшими по делу было работать сложно: они постоянно уезжали в заграничные командировки, возвращались веселыми и загорелыми, по вызову приходить не хотели.
Одна так и сказала следователю:
- Меня, конечно, к вам вызывали, но на допрос первый раз.

Елена Борисовна развеяла опасения, она была прекрасна.
Аудитория сложная. В зале - сплошные абьюзеры, почти поголовно менсплейсеры.
Права работниц секс-индустрии их совершенно не волновали. Один старый прокурор даже задал ужасающе мизогинный вопрос:
- Елена Борисовна, а вам приходилось расследовать уголовное дело, в котором у вас пятнадцать потерпевших и все - проститутки?

Вообще, ее пытались убедить в том, что девушки сами стоят в очередях в такие конторы, чтобы уехать на заработки и очень радуются, когда их выбирают.
Но Елена Борисовна уничтожила недостойных оппонентов.
Она говорила о праве и правах, свободе и свободах.
- Права человека незыблемы! Каждая женщина свободна! - говорила она, - Проституирование это форма рабства, даже если женщина этого не понимает.

Это было прекрасно..

Объект прекрасно функционирует и соответствует среде обитания.

А я скучаю по Елене Борисовне.

https://www.facebook.com/afedyarov/posts/2335559246507418

promo marss2 june 25, 2014 01:11 1
Buy for 10 tokens
"Фак, как быстро пролетело лето. Так много всего запланировала, но ни черта не успела ". Оставлю это тут, чтобы в сентябре не писать Иногда я чувствую себя бесполезным, но затем вспоминаю, что дышу, вырабатывая при этом углекислый газ для растений. Как ввести гопника в замешательство:…
belmondo

бизнес на доставке борща в кастрюле

«Настоящий борщ должен быть густым, чтобы ложка стояла», – говорит 35-летняя петербурженка Мария Володько.
На 3 л борща она берет 700 г говяжьей лопатки и около 1,5 кг овощей.
Она вспоминает, как в детстве помогала маме варить борщ на семью из шести человек, чтобы хватало на несколько дней. Сейчас многие семьи уже не готовят еду на неделю вперед – нет времени, а в ресторане можно заказать блюда только маленькими порциями, говорит Володько.

В начале 2017 г. она придумала сервис доставки домашнего борща прямо в кастрюле от 1,5 до 3 л.
Первыми дегустаторами стали три подруги, которым Володько подарила по кастрюле борща.
Девушки написали положительные отзывы во «В контакте» и Instagram и выложили фото.
Володько завела группы в соцсетях и через несколько месяцев стала получать по 2–3 заказа в неделю.
Кастрюля – тара неудобная.
Чтобы суп не выливался при транспортировке, Володько плотно приклеивает крышку к кастрюле монтажной лентой.
Клиент берет кастрюлю под залог в 1000 руб., а при следующем заказе возвращает ее курьеру.
Поначалу Володько варила только борщ.
Но вскоре поняла, что на одном блюде много не заработать, и стала расширять ассортимент: начала печь блины, лепить пельмени, жарить котлеты и готовить салаты.
А через год Мария открыла небольшую кулинарию «Маша рядом» на севере Санкт-Петербурга.
Чаще всего клиенты делали заказы по вечерам, и Володько варила суп по ночам, когда дети и муж спали.
После бессонной ночи она развозила кастрюли клиентам, между заказами удавалось поспать 15 мин прямо в автомобиле, рассказывает предпринимательница. К 3-литровой кастрюле супа она дарила покупателям упаковку сметаны и головку чеснока.

Сейчас выручка кафе составляет около 700 000 руб. в месяц, чистая прибыль – 150 000 руб., говорит Володько.
Около 40% выручки приходится на доставку блюд – до сих пор чаще всего клиенты заказывают борщ.
Стоимость борща из говядины – от 750 руб. за 1,5 л до 1500 руб. за 3 л.

belmondo

о советском коллективизме

Ад — это другие.
Жан-Поль Сартр, «За закрытыми дверями»

Я довольно часто слышал о травме, которую нанёс советский коллективизм людям.
Те, кто, подчёркивают свою индивидуальность, обмениваются, как паролями, рассказами о том, как человеческих детёнышей сгоняют сперва в детские сады, потом в школы, и везде они варятся в одном котле.
Они спят в душных армейских казармах, как до этого спали в страшных пионерских лагерях,
и огромное государство-левиафан кричит им: «Не отставай, торопись, коллектив уже выходит, а ты запутался в штанишках и носках».
Вся жизнь твоя превращается в ад,
потому что ты из года в год живёшь среди людей,
которые только и делают, что доставляют тебе неудобства.
Ты существуешь в коммунальной квартире, где по утрам в туалете поёт какой-то сумасшедший,
вместо того, чтобы быстро и споро сделать свои дела,
а ночью в твою стену ритмично бьётся соседская кровать.
Ты в аду, в аду, в аду.


Но одновременно с этими историями я слышал и другие, про те же коммунальные квартиры.
Про то, как соседи, разъехавшись, ездят друг к другу в гости.
Как помогали друг другу и утешали в суровом нашем житье.
Как кого-то коллектив спас от одиночества, а вот эту старушку — от самоубийства.
А за тем старичком — ухаживали, а за чужими детьми присматривали.

В этих историях есть важное обстоятельство:
Collapse )