October 3rd, 2020

belmondo

Ирина Головкина. Роман «Побежденные»

Роман «Побежденные» («Лебединая песнь») написанный внучкой композитора Римского-Корсакова, Ириной Головкиной, впечатлительные нервные люди (особенно духовно богатые девы), называют «лучшим романом Серебренного века» и «всей правдой о большевиках».
Пес знает, какое отношение эта книга может иметь к СВ,
поскольку начала писать она ее в конце 50-х, а нафталиново-пафосный стиль «женского романа в розовых обложках», конечно, раздражает,
но вещь реальная сильная, прямо лучшее из белодельческой прозы.
*
Действительно есть в этом какая-то сермяжная правда, очень рекомендую почитать, прямо лучшая агитация за социализм и революцию — шла еще только десятая страница, а мне уже хотелось напевать про себя «Ah! ça ira, ça ira, ça ira, Les aristocrates on les pendra».
*
Внук писательницы рассказывал, что еще в 80-х к его бабушке подходили люди, которые с пролетарской прямотой ей говорили, что напрасно такую контру в свое время не добили.
Я не хочу сказать, конечно, что они были правы и реально негоже такое говорить пожилой женщине, но если она и впрямь вела себя в соответствии с ценностями, изложенными ей в главном романе (написанном для себя и своих единомышленников), то это немного оправдывает поведение этих людей — ну процентов так на 50.
Создавали, значит, белодельцы-эмигранты хоть какое-то позитивное мнение о «лучших русских» и «белых рыцарях»
а пришла советская пенсионерка из этих самых «бывших» и вывалила все свое мировоззрение в одном романе,
так что восхищаться и находить в таких людях хоть что-то хорошее могут только совершенно угашенные сторонники «Белого дела» или совсем уж слепые и эмоционально тупые люди.
Никакая советская пропаганда, которая наоборот относилась к этой публике слишком мягко, не оттаптывалась так на них.
Наоборот, это сделала их горячая поклонница, внучка композитора Римского-Корсакова!
*
Там же вылитый паноптикум.
Каждый персонаж - ядерная смесь спеси, чванства, эгоизма, высокомерия, социального и обычного расизма, вкупе с беспомощностью, инфантильностью, глупостью, никчемностью и обычной подлостью.
*
Показаны люди, называющие себя «лучшими», хотя по тексту ни из чего не следует, что же их делает не то что «лучшими», но хотя бы просто хорошими или даже терпимыми.
В 1914 году они говорили, что не пожалеют ни своей, ни чужой (добавим — особенно чужой) жизни ради страны и «народа-богоносца».
*
Наступают 20-30-е, «народ-богоносец» превращается в Хама,
а они сами уже нечеловечески страдают из-за каких-то утраченных люстр, поместий, бриллиантов.
Collapse )
promo marss2 июнь 25, 2014 01:11 1
Buy for 10 tokens
"Фак, как быстро пролетело лето. Так много всего запланировала, но ни черта не успела ". Оставлю это тут, чтобы в сентябре не писать Иногда я чувствую себя бесполезным, но затем вспоминаю, что дышу, вырабатывая при этом углекислый газ для растений. Как ввести гопника в замешательство:…
belmondo

Роман Ирины Головкиной «Побежденные»

Роман Ирины Головкиной (внучки Н.А.Римского-Корсакова) – отнюдь не новинка: в 70–80-е он ходил в самиздате, в 1992 году его сокращенный и отредактированный «журнальный» вариант был напечатан в «Нашем современнике» под названием «Побежденные».
Тогда из него были изъяты значительные фрагменты, а слог был отредактирован.
И вот в 2009 году  роман вышел в полной авторской редакции под авторским же названием «Лебединая песнь».
Редактура, безусловно, «способствовала много к украшенью» – вылезли длинноты и некоторый дилетантизм, но тем выше историческая ценность, да и давно уже распродана серая книга 1993 года…
*
Роман об интеллигентой семье и их окружении в 30е годы.
Героев жалко - их мир сломан, в новом им места нет, да и приспособиться к нему они не  умеют.
Автор описывает медленное умирание.
В начале романа герои еще ведут практически нормальную жизнь, живут, общаются, сохряняя великосветский тон во всем.
А далее история начинает неумолимо их перемалывать - жилье превращают в коммуналку, героев выгоняют с работы, преследуют, арестовывают и высылают.
На этом фоне попытки сохранить прежний жизненный настрой становятся все труднее.
В финале от прежней жизни не остается никого и ничего.
*
Страшный, длинный, неуклюжий, залитый страстью и тоской по исчезнувшей Атлантиде, Империи, срезанному со страны слою живых людей.
Уже к началу тридцатых их почти не осталось, аристократия рассыпалась в пыль, впиталась кровью в песок.
Никакого приукрашивания, она помнит их такими, гордыми антисемитами, любящими музыку и глухими к чужим страданиям, глубокими и мелочными, благородными и упрямыми.
Три тома, написанные "стаканом, закатившимся в щель", как о себе говорила еще Лидия Чуковская.
Еще один несчастный, аристократический стакан,
не утративший памяти,
не одаренный милосердием.
В этой книге показана их обычная жизнь в то время, их безуспешные попытки выжить, как-то приспособиться.
Уцeлeвшиe пoтoмки знaтныx фaмилий с рaзнoй стeпeнью успeшнoсти пытaются нaйти свoй путь в рeaлияx нoвoгo врeмeни.
*
Многие склонны считать это произведение в первую очередь историческим, во многом автобиографичным, повествующим об «ужасах диктатуры пролетариата», «сталинских репрессиях», «кровавом гепеу» и «мордовских лагерях».
Но поколение теперешних 30–40-летних с некоторым ужасом узнает именно себя в петербургской молодежи из «бывших», описанной в романе.
Чрезвычайно схожие ощущения и настроения – «погибла Россия», «не хочется выходить на улицу, чтобы не видеть этих физиономий», «родной город изменился до неузнаваемости»…
Разве мы не прошли  через это?
Отлично помню, как меня, 17-летнюю, шокировали неграмотные передачи новоявленного «Радио России», реставрация герба, тут же получившего у нас кличку «курица», чужие гимн и флаг.
Не то чтобы я чувствовала себя беспримесно советской (как и многие герои «Лебединой песни» вряд ли были такими уж разлюли-монархистами, – но моего ума и опыта в 1991 году хватало, чтобы заметить второсортность замен, явную деградацию, тенденцию к вырождению – вместо обещанного радостного обновления).
*
Смена эпох неизменно ломает жизни, и в первую очередь жизни тех, кого мы привыкли называть «интеллигенция», кого раньше называли более уместным словом «аристократия».
Они – «оранжерейные цветы», неприспособленные к реальности, их дети вырастали в обстановке достатка и спокойствия, они не хотят и боятся перемен, «сквозняков», которые разрушат прежде всего ИХ уютный мир, ИХ планы на будущее, ИХ страну.
Ведь это они – умные и образованные, именно они знают, как «обустроить Россию», они – истина в последней инстанции, и глупо, преступно делать что-то, с ними не посоветовавшись.
Collapse )
belmondo

Филипп Ефремов и его путешествие на Восток

(автор - Алексей Макеев)
Филипп Ефремов стал своего рода вторым Афанасием Никитиным, совершив полное приключений бегство из бухарского плена в Индию и вернувшись в Россию.
Для современников вообще-то он был "первым Никитиным".
"Хождение за три моря" тверского купца опубликовали только в 1821 году, тогда как "Странствование" Ефремова впервые увидело свет на 36 лет раньше.
*
Филипп Ефремов родился в 1750 году в Хлынове (позднее — город Вятка) в семье секретаря духовной консистории Сергея Ефремова.
В 13 лет, как утверждал сам Филипп, он попал в армию, где почти сразу был произведен в капралы.
В 15 лет получил унтер-офицерский чин каптенармуса.
Его "странствование" началось в июне 1774 года
. Во время пугачевского бунта Ефремова отправили на заставу Донгуз — одно из укреплений по реке Яик (позднее — Урал).
На заставу напало около 500 мятежников. Гарнизон из 20 солдат и казаков отбивался, пока не закончился порох.
Филипп не собирался сдаваться, не выпускал ружье из рук и сокрушался о том, как его потерял:
"один из мятежников ударил по ружью саблею, отрубил в левой руке моей большой палец, отчего из рук оно выпало".
*
В плену Ефремов не задержался — в первую же ночь умудрился бежать с двумя солдатами.
Отлежавшись в траве на берегу реки, беглецы направились в Оренбург, до которого было около 15 километров.
Дойти до города им было не суждено:
"...вдруг из-за горы выехали киргисцы, — писал Ефремов в своей книге, — до двух сот человек, взяли нас и, посадя на лошадей, подвязав ноги на брюхо лошадиное, увезли в свои улусы".
Кочевники держали узников два месяца, залечили раны, а с наступлением зимы продали проезжим бухарцам.
За унтер-офицера дали четыре телячьи шкуры.
*
ПЛЕННИК-ЗЕМЛЕВЛАДЕЛЕЦ
*
Вместе с торговым караваном русских узников погнали в Бухарское ханство.
Зима выдалась суровая, в холодной и голодной степи невольники умирали один за другим.
Ефремову повезло, его пожалел армянский купец Айваз из Астрахани: кормил, сажал на лошадь и верблюда.
В Бухаре хозяин подарил Ефремова аталыку (визирю) Даниял-бию — влиятельнейшей фигуре при дворе бухарского хана Абулгази.
Аталык поставил пленника к "дверям, где его жены и наложницы, стражем".
*
Новоиспеченный евнух оскопления избежал, освоил персидский язык и был назначен "десятником" в ханское войско.
Даниял-бий оценил способности русского офицера, предложив ему перевести послание российской императрицы, доставленное посланником хана муллой Ирназаром.
Collapse )
belmondo

большая часть споров

Мне понадобилось прожить довольно много времени, чтобы понять, что большая часть споров происходит по одной и той же схеме.
Это битва абстракций в рамках одного утверждения.
Она хорошо иллюстрируется анекдотом про одного полковника, который ставил учебную задачу так:
*
«Даю вводную!..
На вас движется n танков...
Стоп!
Отставить, n танков — это слишком много.
На вас движется m танков!»
*
Утверждение рассматривается с точки зрения разных аксиоматик;
до качественного сравнения аксиоматик дело обычно дойти не успевает.
*
Поэтому любой дискурс должен начинаться с определения терминологической базы.

*
Collapse )
belmondo

"Atəş" klipi. İfa edirlər: Nur qrupu, Nərmin Kərimbəyova, Ceyhun Zeynalov (Cin)

азербайджанский военно-патриотический клип
*
Очень неорганичное сочетание советского позднего кабака в афганской изводе, изысканного восточного шербета и боевой брутальности
*
клип потрясающе несообразен внутри себя
дядечка очень трогательно пытается сочетать цивилизованность, боевую тюркскую брутальность и патетическое заламывание рук.
Холеная восточная красавица тоже очень убедительна в боевом снаряжении.
И музыканты со своими электровениками очень уместны посреди пустыни.
Главное - как они сочетают всю эту восточность с изобразительное стилистикой советской афганской песни.
*
Нелепость современных национальных государств отчетливо показал Бенедикт Андерсон в своей легендарной книге «Воображаемые сообщества».
*
belmondo

большинство решений родителей имеет ограниченное влияние на благополучие детей

У меня стаж родительства - почти 17 лет, я стар, я стар, я суперстар.
И вот "бойцы вспоминают минувшие дни": как мы рубились в младенчестве наших детей
за гэвэшечку (грудное вскармливание) против ивэшечки (исскуственого вскармливания),
прививки или не прививки,
садик или не садик.
*
И теперь дети выросли - и мне понятно, что волшебного эликсира нет и большинство решений родителей имеет ограниченное влияние на благополучие детей.
*
Гэвешечка не спасет от всех болезней (хотя штука, несомненно, полезная),
не гарантирует отсутствия аллергий и орви (ну да, снижает вероятность, и тем несомненно прекрасна, но не эликсир здоровья, увы).
*
Ивэшечка не портит ребенка безвозвратно.
Гэвешечка сколь угодно долгая не портит ребенку психику.
*
Дети, которых не прививают, не вырастают супер-здоровыми.
У них бывают орви, у них бывают аллергии, у них бывает что угодно (а также коклюш - несколько случаев среди непривитых детей знакомых).
*
У привитых детей не "падает иммунитет".
Прививки не вызывают аутизм.
*
Попытки контролировать все факторы риска и делать все идеально могут приводить к такому родительском неврозу,
по сравнению с которым последствия ежедневного поедания чипсов и бигмаков не слишком значимы.
*
В общем, mommy wars были довольно бессмысленными.
*
А уж сколько зависит от характера самого ребёнка и его особенностей.
В одних и тех же семьях совсем разные дети.
*
Чтение книг, где описывался уход за младенцами в разные века, меня подуспокоило.
Дети удивительно живучи.
belmondo

о предсказуемом случае "самосбывающегося пророчества"

Михаи́л Ники́форович Катко́в (1818— 1887) — русский публицист, издатель, литературный критик, влиятельный сторонник консервативно-охранительных взглядов.
Катков  был стороником царского режима и всячески разоблачал революционеров.
 В частности, обвинял революционеров в организации поджогов.
*
А эти   обличения революционеров - поджигателей  в частности  ,читали  юноши ,которые хотели стать революционерами но не знали как.
И  вот именно это  наводило молодых людей на мысль - поджигать здания.
Чего им в голову  никогда не пришло ,если бы не 
обличения революционеров в официальной прессе.
*
Что то похожее было в позднем СССР.
В позднесоветской пропаганде довольно часто встречалось обинение западной рок-музыки в связи с неофашистами.
И именно это наводило  многих юных советских металистов и панков на идею зиговать и рисовать свастоны.
Чего  опять же им им в голову  никогда не пришло ,если бы не  обличения рокеров в официальной прессе.

**
"Катков так усердно доказывал, что поджоги и отравления составляют один из приемов проповедников революции, что ему удалось сбить с толку несколько несчастных юношей.
Много лет спустя, я знал в Архангельске чиновника, который имел уже жену и четверых детей.
Он мне рассказывал, что, будучи четырнадцати лет от роду, он воспылал желанием прославиться революционной деятельностью,
но не имел никаких знакомств и никаких путей для сближения с революционерами;
у Каткова ему удалось прочесть, что поджоги составляют революционный принцип,
и это вызвало в нем решимость сделать поджог
несчастный мальчик был сослан в Мезень, в город, лежащий при севером полярном круге".
*
[В.В. Берви. Воспоминания // ГМ, 1915, № 6, стр. 161


https://www.facebook.com/mestr81/posts/4524354000969662