marss2 (marss2) wrote,
marss2
marss2

Categories:

разбор романа Е. Чудиновой "Победители"

На Русская idea - Вячеслав Рыбаков с жестким разбором книги Елены Чудиновой "Победители" о стране, в которой победили бы не красные, а белые одним из открытий 2017 года стала убежденность многих историков, занимающихся дореволюционной Россией, в безальтернативности большевизма. Что никакой белый проект не смог бы создать ничего дельного

Год столетия революции прошел, наступил Новый год, а дискуссии тех, для кого семьдесят лет большевистского правления – анафема, и тех, для кого эти годы – момент национального триумфа, продолжаются. И в консервативной среде не стихают те же споры. Мы не собираемся от них отстраняться и публикуем жесткий разбор новой повести писательницы
Елены Чудиновой «Победители» из жанра альтернативной истории. Действие в этом романе происходит в 1984 году в  Российской империи, где белые в ходе Гражданской войны одолели красных.

Пионер жанра альтернативной истории в России – наш постоянный автор и член редакционного совета «Русской идеи» Вячеслав Рыбаков, описавший в своей повести 1993 года «Гравилет «Цесаревич»  мир Российской империи, в которой коммунисты вполне примирились с монархистами и обошлось и без Гражданской войны, и без террора. Поэтому мнение писателя о картине будущего, в котором война все-таки состоялась, но с другим финалом, особенно интересно.


***

Наконец дошли до руки прочесть «Победителей» Елены Чудиновой.

Мне уже приходилось иллюстрировать тот, в общем-то, нехитрый постулат, согласно которому «скажи мне, о чём ты мечтаешь — и я скажу тебе, кто ты».
Убедительную и впечатляющую антиутопию выдумать и написать относительно несложно и всегда выигрышно, ведь в большинстве своём мы не хотим и боимся примерно одного и того же.
А вот утопия обнажает самые сокровенные тайники души.

Во всей их неприглядности.

Наша гроза мусульман, оказывается, не просто убеждена в том, что, фигурально выражаясь, «принцессы не какают».
Она явно верит, что, ежели б не гадкие Ленин с Троцким и Кировым да не пьяная матросня, сама она тоже была бы нынче принцессой и поэтому тоже бы не какала.
Более того. Если бы в России и во Франции вновь короновались цари и короли, во всём мире перестали бы какать.
Прислуга сделалась бы всегда покорной и всегда довольной,
а дворяне знай себе меняли бы туалеты, молились и ошеломляли друг друга благородством.

Поразительно, но, так яростно ненавидя революционеров, Чудинова на самом деле до мозга костей пропитана их иллюзиями.
А именно: стоит только неправильный, бесчеловечный социальный строй заменить на правильный, человечный — и люди как таковые быстро и радикально изменятся к лучшему.

Относительно того, какой строй считать правильным и человечным, либералы, монархисты, националисты и прочие грезят по-разному, но суть дела не меняется: надо лишь каким-то чудом (пусть сколь угодно кровавым) заменить то, что есть, на то, что должно быть — и все психологические и экономические проблемы растают, как кошмарный сон, или, в худшем случае, легко решатся чуть ли не сами собой.


По сравнению с этим принципиальным, мировоззренческим инфантилизмом любые упоминания о конкретных недостатках книги выглядят мелкими, брюзгливыми придирками. Что с того, что даже при описании внешности персонажей Чудинова являет себя  верноподданным автором «Библиотечки военных приключений» времён в лучшем случае Серова: все враги режима у неё неприятны, неопрятны, неловки, жирны, а все положительные — статями и ликом истинные арийцы и арийки, как на подбор; похоже, расово неполноценных либералов в идеальном мире Чудиновой можно было бы выявлять просто по размеру талии.

Беда в том, что мнящая себя голубой русской кровью Чудинова поняла в русской истории не больше, чем в ван Зайчике.

Позволив в своём альтернативном мире разверзнуться хаосу Февраля, устроив там на несколько лет ту же самую, что и в реальности, Гражданскую войну с её взаимоистреблением, разрушением всего и вся, запустением и вырождением, она за десять годков диктатуры перевешавшего революционный сброд Колчака каким-то невероятным образом выстроила процветающую экономику, которая смогла стать основой независимой и единой страны.

Как и принято в нашей элитарной среде, поклонница христианнейших французских королей даже не дала себе труда прикинуть:
после такого кровопускания и такой разрухи поднять из руин старые и возвести новые заводы, фабрики, дороги, каналы, плотины, аэродромы, порты и прочие вокзалы-телефон-телеграф можно было лишь мобилизационными, то бишь сталинскими методами.

Не было бы переворотов и братоубийства  — ещё можно было бы более или менее убедительно говорить о могучей суверенной Российской империи с царём-батюшкой во главе.
Но сказавши «а» — извольте с вещами на выход.

Чудинова что, действительно не знает, что, например, продотряды для насильственного изъятия у крестьян так называемых «излишков» продовольствия пыталось создать ещё Временное правительство, но ему это так и не удалось, потому что не было для того никаких рычагов — ни соответственным образом мотивированных руководителей, ни исполнителей, решительных до фанатизма, ни организационных и правовых механизмов? Эту задачу решили только большевики.
По-своему, по-чудиновски (у кого живот толще, тот враг) — но решили.

Ладно, перевешали большевиков. Перестреляли матросню вместе с жёнами и детьми. Это не я выдумываю, это у балованной столичной писательницы так. «В подобных существах огонь безумия тлеет, пока они живы. …Их надлежало перебить, как бешеных собак».

Ладно, перестреляли. Гражданская война всё ж таки, в ней добрых нет. Но дальше?

Дальше…

В том-то и дело.

Дальше насаждаем обратно невинно поруганный безумцами и бешеными собаками капитализм. А как иначе? Что-то я не слышал, чтобы у белых хоть кто-то ратовал за обобществление средств производства и госмонополию на внешнюю торговлю.

Чудинова что, и впрямь не знает, что в благополучнейшем тринадцатом году, до революций, до войн, при царе-батюшке, вместо того, чтобы, например, форсированно развивать свой Донбасс (как потом делали в сталинско-стахановские времена), уголь для всего Северо-Запада России возили морем из британского Кардиффа? Только потому, что так было выгоднее иностранным партнёрам!

Ровно как сейчас на Украине, кстати.

А после Гражданской войны?
Когда своя промышленность вообще разрушена, когда города вымирают, когда внутри страны пригодны для инвестиционного применения разве лишь бриллианты Российской империи из Гохрана, а всё остальное выдул ветер перемен?
Впрочем, это при большевиках в Гохране кой-чего ещё удалось сохранить; осталось ли там хоть что-то после взятия Москвы обратно белыми — неизвестно, Чудинова о таких пустяках не пишет…

Столь превозносимый ею адмирал Колчак задолго до конца своей диктатуры вполне успел бы увидеть, как иностранный капитал вынул из-под него страну и затем, для удобства управления и ограбления, нашинковал её помельче, оставив диктатору разве что набор мундиров с аксельбантами и позументами.
Красивыми, что и говорить, не зря Чудинова чудным платьям чудесных персонажей уделяет столько внимания…
Так что не только о полёте в космос венценосного царского брата (первом в мировой истории, между прочим) речи бы никакой не зашло; даже о «Руссо-Балтах» пришлось бы забыть навсегда.

Господи, какая же дура наша культура!

Вот уж воистину — живут, под собою не чуя страны. И не желая чуять.

В своё время прогрессивная общественность, обсуждая неправильный, по её ощущениям, исход Великой Отечественной войны, придумала известную максиму: народ победил вопреки системе.

Вопреки, понимаете ли, системе маневрировали миллионные армии, вопреки системе СМЕРШ и НКВД переиграли и абвер, и гестапо, вопреки системе ходили по громадной стране тысячи воинских и грузовых эшелонов…
Вопреки системе были в считанные месяцы развёрнуты в голой тундре и непролазной тайге десятки заводов, вывезенных — тоже вопреки системе — из оказавшихся под угрозой оккупации областей.
Вопреки системе на шахтах и рудниках люди лезли в забои, и дети стояли у станков, не теряя при том — вопреки системе, разумеется — возможности получать хотя бы минимальное образование…
Вопреки системе в искалеченной, ополовиненной стране так и не вспыхнули эпидемии, так и не умерла наука, так и рукоплескали в театрах блистательным классическим спектаклям…

Верите?

Я не верю.

https://politconservatism.ru/articles/ne-chuya-strany

=======================

Я-то в «Не чуя страны» хотел сказать, что наша столичная культурная массовка, присвоившая себе имя культурной элиты, при всех своих внутренних несогласиях, разборках и даже ссорах, практически в равной степени противопоставляет себя стране, людям, её населяющим, проблемам, которые действительно надо решать просто ради общего выживания.
Групповые идеалы высококультурных фракций различны (монархисты, либералы, русофобы и пр.).
Но все в равной степени не мыслят себе иного пути решения проблем, кроме как стереть существующую реальность вместе с реально работающими в ней людьми и начать с того или иного чистого листа.
Чистый лист они представляют себе по-разному.
Но первый этап — стирание действительности — для них общая аксиома. И в этом они, при всех своих идеологических различиях, куда больше большевики, чем, скажем, Зюганов. И поэтому, чуть ощущают угрозу утраты влияния на мозги и души, встают плечом к плечу, «штыки ощетинивши», и защищают своё место под солнцем и свою роль во тьме скопом, сообща, ибо по сути своей — едины.

Вот я писал: «Варятся в собственном соку, тусуются в своих тусовках, обсуждают себя, награждают себя, даже ссорятся между собой из-за того, ради какого именно светлого будущего надо бы взять быдло к ногтю...» Если Чудинова всё это приняла на свой личный счёт — что ж, на воре шапка горит. Во всяком случае, она не возразила на это ни слова, предпочтя сосредоточиться на отвратительных свойствах моего характера и моей (вернее, той, которую она мне для простоты приписала) политической позиции.

Ещё я писал о том, что в 20-х годах прошлого века ситуация гражданской войны и разрухи сделала невозможным эволюционное восстановление экономики. ПОНИМАТЬ, что некое историческое явление с какого-то момента становится неизбежным, и ОПРАВДЫВАТЬ его — это совершенно разные вещи. Этического, да и просто человеческого оправдания террору быть не может. Но утверждать, что он явился результатом одной лишь лютой злобы тех, кто нам сейчас не по нраву — это тоже чисто человеческая подлость. Хотя бы по отношению к тем, кто был поставлен в определённые условия и по мере сил и разумения РАЗГРЕБАЛ то, что было раскурочено и наворочено не ими.

После Февраля страна была обречена либо стать вымирающей и распадающейся на фрагменты колонией ядра капиталистической системы (англичан-французов-японцев-американцев, кто сколько успеет хапнуть), либо на жуткий форсаж того или иного типа. Из которых, кстати, сталинский оказался ещё не самым жутким, были варианты и покровавей — скажем, всё то же самое, только не ради отчизны, а ради того, чтобы превратить её в спичку пожара мировой революции; былой троцкист Хрущёв, при Сталине поверхностно раскаявшийся, уже в новых условиях попробовал вернуться к политике типа «Мировой пожар раздуем», выкачивая советские ресурсы то в Азию, то в Африку, и тем начал процесс, приведший к распаду что социалистического СССР, что исторической России. А Февраль, обрушивший монархию, был устроен никак не большевиками, а интеллектуальной элитой — как раз голубой кровью, дворянством и магнатами. Непонимание этого дорого стоило нам и может стоить в ближайшем будущем ещё дороже.

И, следовательно, книга Чудиновой является дезориентирующим обманом читателя, говоря по-простому — оболваниванием масс. Сама по себе она — пустяк, не стоила бы столь серьёзного разговора. Но она показывает, что даже идеология, вроде бы круто замешанная на русской идентичности, если она подразумевает дезавуирование, поругание и стирание собственной истории, сразу попадает в общую кучу всех иных оболваниваний: антисоветских, русофобских, нацистских, общечеловеческих,  прочих (нужное подчеркнуть). То, что в эту кучу вполне органично вписались фанатичный монархизм и карикатурная ненависть к либералам, лишь демонстрирует универсальность процесса: совершенно неважно, какой миф вколачивать в головы. Лишь бы клюнули не на тот, так хоть на этот. Неважно, под каким соусом убеждать читателя в том, что его страна вот уж то ли сто лет, то ли вообще от начала времён живёт ненастоящей жизнью, ничего доброго не совершает, ничего нужного не может, и надо просто заменить эту жизнь настоящей, проклянув и аннулировав всё, что было совершено и достигнуто. Важно убедить. И разнообразие мифов, от навязшего на зубах либерального до вот теперь уже и монархического, лишь способствует дальнейшему разобщению в стране. Чем шире спектр, тем более широкий круг людей можно лишить опоры и свести с ума. Стоит только посмотреть на порождённые вроде бы враждующими между собою мифотворцами бесчисленные сетевые склоки, в которых люди уже совершенно искренне, не за деньги, не за престиж, не за тираж, с честной пеной у безгрешного рта, после каждого раунда всё сильней раздражая друг друга, спорят, с каких именно позиций надо ПРАВИЛЬНО ненавидеть свою историю и свой народ, который эту историю творил, его беды и его победы.


=========================
Что хорошего - много любовно выписанных бытовых деталей. "Таких, знаете, румяных картофельных котлеток под соусом из белых грибов".
В "Победителях" есть большие и светлые чувства к прекрасному аниме-принцу (я отказала те два раза).
Хороший литературный язык, местами (Франция) прямо расцветающий.
Стихи, опять же. Владение другими языками.


Что не понравилось - какая-то зашкаливающая Ненависть героини (и автора) к большевикам.
Оно, конечно, "хозяин - ба
рин", и тут я сбиваюсь на путь "я бы написал не так",
но в нашей реальности обыватели 80-х - это отнюдь не комиссары 20-х и не комсомольцы конца 30-х, к примеру.
Те вовсю уже хрустели и ностальгировали.
С чего бы их аналогам ненавидеть давно побежденных, особенно когда последний опасный кризис случился аж в 39?
Слейд (да, опять он) или Тертлдав обычно так противников не унижали. Ну или почти не унижали. Над финалом можно только закрыть завесу жалости.

===============
Колчак - Правитель, спасший Россию методом поголовных расстрелов и публичных казней. Скольких он там повесил и пострелял не говорится, говорится только, что расстреляны были почти все матросы. Сколько же это? С пару сотен тысяч наберется? Считая солдатиков гораздо больше. Впрочем, как и в реальности.. Что Колчак реальный был человеком крутым и тоже нарасстрелял без счета, но результат получил прямо противоположный - в расчет как-то не берется. Полистал в интернете - под конец его правления в Сибири в партизаны подалось примерно 400 000 человек и это при общем населении тех мест всего в 2 миллиона - это ж надо суметь. Новый мир довольно симпатичный, но совсем не либеральный. Чудинова крута: парламентские республики суть антисистема и подлежат так или иначе искоренению. США в глубоком духовном и материальном кризисе, но выходят из него совершенно фантастическим способом на радость любящим сердцам. Даже победившая Всемирная Революция в описаниях графа Алексея Толстого и то выглядит более реальной. Ну и по мелочам - либералов под строгий надзор с высылкой, чуть-что - в весьма отдаленные ...

=============================================

...В свое время прогрессивная общественность, обсуждая неправильный, по ее ощущениям, исход Великой Отечественной войны, придумала известную максиму--НАРОД ПОБЕДИЛ ВОПРЕКИ СИСТЕМЕ.

Вопреки, понимаете ли, системе маневрировали миллионные армии, вопреки системе СМЕРШ и НКВД переиграли и абвер, и гестапо. Вопреки системе ходили по громадной стране тысячи воинских и грузовых эшелонов. Вопреки системе были в считанные месяцы развернуты в голой тундре и непролазной тайге десятки заводов, вывезенных--тоже вопреки системе-- из оказавшихся под угрозой оккупации областей.

Вопреки системе на шахтах и рудниках люди лезли в забои, и дети стояли у станков, не теряя при том--вопреки системе, разумеется--возможности получать хотя бы минимальное образование. Вопреки системе в искалеченной, ополовиненной стране так и не вспыхнули эпидемии, так и не умерла наука, так и рукоплескали в театрах блистательным классическим спектаклям...
==========================================


Вообще там в рецензии подчёркивается, что "скромное обаяние буржуазии" в реакционной утопии - это обаяние большинства. Типа, подавляющее большинство живут как баре. Другое дело, что обоснование, откуда взялись средства на столь впечатляющее процветание бедной страны, какое-то вялое. Ну не было войн. И только-то. Возникает подозрение, что всё же где-то под боком некая колония - типа Индии, которую обобрали, но о которой не упоминают. или кто-то в концлагерях корячится, но массовым барам об этом забыли рассказать.

=======================================================

наткнулся на то, что против республиканских испанцев, интербригад и прочих левых сражались, в частности, и эмигранты-белоговардейцы. Я это оставил и у себя в тексте - не сам ведь придумал, из песни слова не выкинешь, однако в глубине души все же сомневался: мол, может, это все ж таки поздние пропагандисты выдумали до кучи? Но после панегирика Франко вижу - нет. Могли. Плечом к плечу с легионерами "Кондора" из Люфтваффе... Получается, власовцы возникли задолго до 42-го года. С самого начала, как только нацизм напрямую столкнулся с коммунизмом, а ориентированный на прошлое патриотизм потерявших почву под ногами белых - с ориентированным в будущее патриотизмом детроцкизированных красных. "Шоссе было анизотропное, как история. Назад идти нельзя. А он пошел. И наткнулся на прикованный скелет". Бяда, бяда, пичалька...
===========================================================================

Tags: История белая романтика, История и литература, Россия которую мы потеряли, Сергей Лукьяненко, историческая политика
Subscribe

promo marss2 june 25, 2014 01:11 1
Buy for 10 tokens
"Фак, как быстро пролетело лето. Так много всего запланировала, но ни черта не успела ". Оставлю это тут, чтобы в сентябре не писать Иногда я чувствую себя бесполезным, но затем вспоминаю, что дышу, вырабатывая при этом углекислый газ для растений. Как ввести гопника в замешательство:…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment