про сильную сторону батьки Лукашенко
Выдающееся свойство Лукашенко состоит в том, что он сделался совсем не тем диктатором, каким мог бы быть, если б захотел.
За эти тридцать лет мы видели уйму начальников, шедших по одной дороге:
взял власть,
всех выгнал на мороз, оставив одних охранников и пиарщиков,
заработал миллиард,
купил дворец и яхту,
оскандалился,
добровольно-принудительно ушел,
после чего уплыл в сторону красивой жизни.
***
Что вместо этого сделал Лукашенко?
**
Он взял на эту свою воображаемую яхту, в это будущее, которое могло бы быть его личным будущим - и ничьим больше, - всю страну.
Вообще всю, со всеми ее тракторами и коровниками, со всеми до боли знакомыми тетками, теми самыми, которых мы видим в любом райцентре.
***
Вместо того, чтобы разделить всю государственную получку, все наши субсидии - на трех с половиной придворных, а остальное пропади пропадом,
- он поделил то, что у него было, на всех.
***
Самым возмутительным образом сохранил прошлое целиком, харкнув в поганую рожу всем законам либеральной экономики.
И если это не подвиг, то что тогда подвиг.
Лукашенко своих трактористов не предал.
И даже когда простецов подучили себе на погибель кричать уйди-уйди - он стоял и держал удар.
И на этом хотелось бы поставить точку.
Но не получается.
Потому что царство Лукашенко, о котором он так заботился, которое он так удивительно берег, - все равно неизбежно закончится.
И короткая мораль.
Несомненно, политика груба и практична.
Но великим политиком делается только тот, у кого, кроме этой животной грубости, кроме этого инстинктивного прагматизма, - есть что-то еще.
***
Он защищает своё как понимает - я не склонна его осуждать безусловно.
Изначально слишком много было вопросов к РФ.
А он единственный пытался хранить прежний уклад..
И пусть это чисто мои представления: признаю, что специально вопрос не изучала, но такое у меня к нему отношение.
Потому что слышу с какой искренностью и любовью он говорит об этой земле.
***
Батька Лукашенко в эти августовские дни - это человек-метафора.
Он - это сам двадцатый век.
И этот двадцатый век - седой, хмурый, с трактором и автоматом, - стоит один против огромной толпы из двадцать первого века, толпы еврооптимистов, смм-менеджеров и авторов телеграм-каналов.
- Сдавайся! - кричат они. - Сдавайся, дед, прошло твое время. Твой автомат не стреляет, твой трактор - ржавый, а мы зато смотри какие модные и веселые. Вали отсюда по-хорошему, дед, с этой своей скучной картошкой. Тебе же весь цивилизованный мир говорит - сдайся уже, маразматик.
А он не сдается.
Стоит и нехорошо смотрит.
Ну, кто на меня?
И в этот момент уже вроде бы гарантированного победителя охватывает странное сомнение.
И будущее - такое сильное, свободное, счастливое, - вдруг понимает, что оно, пожалуй, не будет подходить близко к прошлому. Не будет слишком настаивать, а то мало ли что.
А двадцатый век где стоял, там и стоит.
Толпа смм-менеджеров, коучей персонального роста, бизнес-евангелистов и редакторок в белых кроссовках медленно пятится, она отступает, делая вид, что у нее просто другие планы на вечер, только и всего, - а двадцатый век где стоял, там и стоит.
- С ума сошел!
- Все равно скоро помрешь!
- Мы придем еще!
И они правы.
Время идет, и когда-нибудь так и будет.
Но жизнь устроена так, что она иногда продолжается вопреки времени, она продолжается, когда обязана оборваться, - и этот упрямый век, этот упрямый седой человек держится на последней черте и отказывается подчиняться.
**
https://www.facebook.com/spandaryan/posts/3355173241170137
https://www.facebook.com/spandaryan/posts/3360168207337307
За эти тридцать лет мы видели уйму начальников, шедших по одной дороге:
взял власть,
всех выгнал на мороз, оставив одних охранников и пиарщиков,
заработал миллиард,
купил дворец и яхту,
оскандалился,
добровольно-принудительно ушел,
после чего уплыл в сторону красивой жизни.
***
Что вместо этого сделал Лукашенко?
**
Он взял на эту свою воображаемую яхту, в это будущее, которое могло бы быть его личным будущим - и ничьим больше, - всю страну.
Вообще всю, со всеми ее тракторами и коровниками, со всеми до боли знакомыми тетками, теми самыми, которых мы видим в любом райцентре.
***
Вместо того, чтобы разделить всю государственную получку, все наши субсидии - на трех с половиной придворных, а остальное пропади пропадом,
- он поделил то, что у него было, на всех.
***
Самым возмутительным образом сохранил прошлое целиком, харкнув в поганую рожу всем законам либеральной экономики.
И если это не подвиг, то что тогда подвиг.
Лукашенко своих трактористов не предал.
И даже когда простецов подучили себе на погибель кричать уйди-уйди - он стоял и держал удар.
И на этом хотелось бы поставить точку.
Но не получается.
Потому что царство Лукашенко, о котором он так заботился, которое он так удивительно берег, - все равно неизбежно закончится.
И короткая мораль.
Несомненно, политика груба и практична.
Но великим политиком делается только тот, у кого, кроме этой животной грубости, кроме этого инстинктивного прагматизма, - есть что-то еще.
***
Мне Лукашенко НЕ НРАВИТСЯ.
Ни эстетически.
Ни политически.
Ни интеллектуально.
Ни по-человечески.
Никак.
Я не хотел бы быть лично с ним знаком.
Я не выпил бы с ним рюмку.
Не позвал бы его в гости.
Я не стал бы голосовать за него на выборах, будь я белорусом.
(Будь я белорусом, я плюнул бы слюной и не пошел бы на выборы, на которых с одной стороны Лукашенко, а с другой жена блогера, причем это ее единственная характеристика)
Ни эстетически.
Ни политически.
Ни интеллектуально.
Ни по-человечески.
Никак.
Я не хотел бы быть лично с ним знаком.
Я не выпил бы с ним рюмку.
Не позвал бы его в гости.
Я не стал бы голосовать за него на выборах, будь я белорусом.
(Будь я белорусом, я плюнул бы слюной и не пошел бы на выборы, на которых с одной стороны Лукашенко, а с другой жена блогера, причем это ее единственная характеристика)
Но. Но. Но.
Все это сейчас не имеет значения.
Потому что
Все это сейчас не имеет значения.
Потому что
Раз. Нет сейчас никакой преграды между страной Белоруссия (частью союзного государства, в котором мы живем) и самым черным, самым страшным, самым мерзким выбросом хаоса в мировой истории - нынешним «западом». Кроме Лукашенко.
Два. Нет никого, кто взял бы на себя ответственность за поддержание жизни в социалистическом укладе белорусской экономики. Кроме Лукашенко.
Три. Нет никакой надежды на появление во главе Белоруссии какого-нибудь другого, более эстетически и интеллектуально приемлемого, а притом пророссийского, то есть находящегося на правильной стороне баррикады правителя. Нету там никого, кроме Лукашенко. Не вырастили, не завезли.
Лукашенко- жлоб, перевертыш, авторитарный самодур, скотина,
но......действительно сейчас единственный барьер против прозападного майдана...
Увы, но это так....
***Лукашенко- жлоб, перевертыш, авторитарный самодур, скотина,
но......действительно сейчас единственный барьер против прозападного майдана...
Увы, но это так....
Он защищает своё как понимает - я не склонна его осуждать безусловно.
Изначально слишком много было вопросов к РФ.
А он единственный пытался хранить прежний уклад..
И пусть это чисто мои представления: признаю, что специально вопрос не изучала, но такое у меня к нему отношение.
Потому что слышу с какой искренностью и любовью он говорит об этой земле.
***
Батька Лукашенко в эти августовские дни - это человек-метафора.
Он - это сам двадцатый век.
И этот двадцатый век - седой, хмурый, с трактором и автоматом, - стоит один против огромной толпы из двадцать первого века, толпы еврооптимистов, смм-менеджеров и авторов телеграм-каналов.
- Сдавайся! - кричат они. - Сдавайся, дед, прошло твое время. Твой автомат не стреляет, твой трактор - ржавый, а мы зато смотри какие модные и веселые. Вали отсюда по-хорошему, дед, с этой своей скучной картошкой. Тебе же весь цивилизованный мир говорит - сдайся уже, маразматик.
А он не сдается.
Стоит и нехорошо смотрит.
Ну, кто на меня?
И в этот момент уже вроде бы гарантированного победителя охватывает странное сомнение.
И будущее - такое сильное, свободное, счастливое, - вдруг понимает, что оно, пожалуй, не будет подходить близко к прошлому. Не будет слишком настаивать, а то мало ли что.
А двадцатый век где стоял, там и стоит.
Толпа смм-менеджеров, коучей персонального роста, бизнес-евангелистов и редакторок в белых кроссовках медленно пятится, она отступает, делая вид, что у нее просто другие планы на вечер, только и всего, - а двадцатый век где стоял, там и стоит.
- С ума сошел!
- Все равно скоро помрешь!
- Мы придем еще!
И они правы.
Время идет, и когда-нибудь так и будет.
Но жизнь устроена так, что она иногда продолжается вопреки времени, она продолжается, когда обязана оборваться, - и этот упрямый век, этот упрямый седой человек держится на последней черте и отказывается подчиняться.
**
https://www.facebook.com/spandaryan/posts/3355173241170137
https://www.facebook.com/spandaryan/posts/3360168207337307