про первобытных людей

«В фильмах часто бедные охотники каменного века ищут, кого бы поймать и съесть.
.
Не надо было ничего искать.
Проблемой было, как сохранить задницу…
Человек ведь может убежать разве что от ежика.
Волчья семья, в которой сразу рождается по десять волчат, может себе позволить риски в сто раз больше, чем человек.
И если вдруг охотник начнет постоянно рисковать, через несколько лет он погибнет, и его детей некому будет кормить.
.
Поэтому не было никакого героизма.
А что тогда человек ел?
.

Знаете, какой самый сладкий фрукт на планете?
Это лук, если его поджарить на огне, — он на двадцать процентов будет состоять из сахара.
Я видел луга, заросшие луком, стеной лук стоит.
Ни коровы, ни лошади на дух его не переносят, а кто-то ведь должен расчищать от него пастбища — это входило в обязанности людей.
А еще можно кости подбирать, после львов и волков.
Гиены и росомахи кости вскрывают, но их надо целый день грызть.
А человек камнем такую кость с одного удара раскалывает без проблем.
Кость мамонта — это как консервная банка с самым калорийным жиром.
Ее никто не отнимет — можно спокойно, без суеты и риска, разогреть на костре с лучком и хреном.
Наши предки были не гордыми львами и орлами, а падальщиками и чистильщиками, зато полезными.
.

Бесконечные тысячи лет человек прозябал в этой роли, даже когда объем мозга был уже не меньше, чем сегодня.
.
Но в конце концов научились и на мамонтов руку поднимать.
А тут еще и климат потеплел.
Поперли на север, а там скотина вообще непуганая, пищи сколько угодно, и у человека не сформировалось чувство бережливого хозяина, как у других хищников. Стали закалывать самых красивых и жирных, съедать только самые лакомые куски.
И крупные животные вид за видом стали исчезать, пока не истребили их всех.
Повсюду: в Южной Америке из крупных животных остались только лама и тапир, в Австралии — только кенгуру и крокодил».
.

Сергей Зимов, основатель Плейстоценового парка.
https://www.facebook.com/vyacheslav.chechilo/posts/4352544154807812