"Ласковый май" - настоящий русский панк-рок
Давайте будем откровенны - "Ласковый май" был в свое время тем "настоящим русским панк-роком", который мы заслужили.
Пацан из башкирского Кумертау отправил пинком со сцены и Пугачеву с Леонтьевым, и Бутусова с Кинчевым, покорив всех девчонок огромной страны.
"Ласковый май" в один момент отменил всю позднесоветскую эстраду,. Ни у кого такого успеха в СССР не было никогда
Юра Шатунов ни в каком смысле не был панком, разумеется 🙂 но де факто им стал, такая вот загогулина
Видел кассеты, где с одной стороны Кино, а с другой Ласковый май.
"Ласковый май" в один момент отменил всю позднесоветскую эстраду,. Ни у кого такого успеха в СССР не было никогда
Юра Шатунов ни в каком смысле не был панком, разумеется 🙂 но де факто им стал, такая вот загогулина
Видел кассеты, где с одной стороны Кино, а с другой Ласковый май.
Восприятие Цоя в контексте ленинградского рок-клуба – это ведь такое пропущенное через культурные фильтры восприятие постфактум.
В реальности 89-91 годов Цой шел в одном плейлисте с Шатуновым.
В подземных переходах, вагонах пригородных электричек и газетных ларьках фотографии и самопальные календари с изображениями Виктора Цоя, Брюса Ли и Юры Шатунова продавались, наверное, в любом городе огромного СССР. Группы даже пересекались на гастролях,
.
И в то время как престарелые русские рокеры, участвовали в провластных компаниях типа "Рок за мир" в позднем СССР, или "Голосуй или проиграешь" 1996, вели телепередачи "Смак" скупают дорогую недвижимость и открывают бизнесы и вообще дожили до 60 лет ,и прекрасно себя чувствуют,
и Юра Шатунов умер в общем то молодым ну и другие члены "Ласкового мая" жили по принципу западных рокеров "Живи быстро-умри молодым"
дискография Шатунова обширна; впрочем, других песен, кроме «Белые розы» тоже припомнит не каждый. Но «Белые розы», да.
С профессиональный точки зрения Юра был слабоват, но все тащились от его тембра голоса,
С профессиональный точки зрения Юра был слабоват, но все тащились от его тембра голоса,
В принципе, последние годы Советского Союза прошли именно под «Ласковый Май». Появившиеся из ниоткуда детдомовцы влегкую убрали всю официальную филармонию.
Юра Шатунов – ярчайшая звезда позднесоветского деграданса, когда верхи уже не могли и не хотели, а низы - …не хотели и не могли. Точнее, все могли и хотели, но совсем другое - не то, что предлагалось телеящиком, радиоточкой и передовицей, и это «другое» посильно явил хорошенький пацан из провинциального детдома. Явил случайно. Попал в точку и – прошёлся по оголённым нервам.
Юра Шатунов – ярчайшая звезда позднесоветского деграданса, когда верхи уже не могли и не хотели, а низы - …не хотели и не могли. Точнее, все могли и хотели, но совсем другое - не то, что предлагалось телеящиком, радиоточкой и передовицей, и это «другое» посильно явил хорошенький пацан из провинциального детдома. Явил случайно. Попал в точку и – прошёлся по оголённым нервам.
Шатунов же, конечно, сыграл роль советского Элвиса Пресли.
С определенными поправками, конечно, но они похожи даже внешне. Плюс простые песни про любовь для девочек подростков, трудная судьба, красивая легенда, все по правилам и схемам шоу-бизнеса, найденным – в случае с «Ласковым маем» интуитивно и случайно, но зато разыгранным в точности.
.
значительная часть репертуара ЛМ - это именно песни, то есть не тексты под музыку (зачастую танцевалную), а то что можно петь.
И ведь действительно, можно конечно фыркать, но так-то ЛМ был русской песней, возможно последними на этом поле.
.
значительная часть репертуара ЛМ - это именно песни, то есть не тексты под музыку (зачастую танцевалную), а то что можно петь.
И ведь действительно, можно конечно фыркать, но так-то ЛМ был русской песней, возможно последними на этом поле.
.
Для эпохи уходящего СССР «Ласковый май» — помимо примитивной и доступной массам музыки и незамысловатых а порой и косноязычных текстов, — пришелся впору еще и как символ надвигающихся перемен, в которых, конечно, видели только хорошее.
.
Тогдашнее народное ощущение времени — можно описать строчкой из другого вынырнувшего тогда же из подвала исполнителя: «Мы ждем перемен». Перемены эти ожидались к лучшему, вот и Шатунов – смотрите ка, без роду без племени, детдомовский, а стал знаменитым на всю страну! Концерты, внимание, деньги! И мы тоже сумеем. Все будет хорошо.
Эта сова американской мечты, натянутая на глобус советского миропонимания, сработала не хуже привязчивых мелодий и внешности солиста. В каком-то смысле — в плане массово истерии и популярности — «Ласковый Май» стал советскими «Битлз», на концертах ЛМ девочки подростки тоже теряли сознание от счастья.
.
.
.
Видимо, в контексте Шатунова задумался о поздних восьмидесятых, какими именно я их помню.
То есть понятно, очереди за едой, в магазинах нет вообще ничего и в связи с этим ежедневные какие-то потребительские приключения (типа в мебельном появились стулья),
в общественно-политическом смысле вообще какой-то апокалипсис, Прибалтика отделяется, Чаушеску расстреляли, на съезд народных депутатов не избрали секретаря обкома.
В культуре - типичное новое кино, в котором голая женщина курит марихуану перед портретом Сталина.
И при этом.
мир как бы рушится, но по телевизору строится социализм в том виде, в каком его описывала советская пропаганда "власть советам", "земля крестьянам", "заводы рабочим".
И я сейчас понимаю, что это было довольно странно.
..То есть понятно, очереди за едой, в магазинах нет вообще ничего и в связи с этим ежедневные какие-то потребительские приключения (типа в мебельном появились стулья),
в общественно-политическом смысле вообще какой-то апокалипсис, Прибалтика отделяется, Чаушеску расстреляли, на съезд народных депутатов не избрали секретаря обкома.
В культуре - типичное новое кино, в котором голая женщина курит марихуану перед портретом Сталина.
И при этом.
мир как бы рушится, но по телевизору строится социализм в том виде, в каком его описывала советская пропаганда "власть советам", "земля крестьянам", "заводы рабочим".
И я сейчас понимаю, что это было довольно странно.
.
В первом составе группы было шесть пацанов, которых Разин и Кузнецов привезли из Оренбурга.
.
Первый после распада группы ушел в армию, вернувшись, узнал, что оставленная девушка выходит замуж, на свадьбе подрался с друзьями жениха, вернулся домой и бросился с четвертого этажа. Тело обнаружили 29 февраля 1992 года на козырьке дома.
.
Второй, клавишник, на клавишах играть так и не научился, но зато проявил недюжинный талант в бизнесе. Он, в отличие от других, очень удачно распорядился заработанными на концертах деньгами, преуспевал, в 18 лет купил «Кадиллак»… Его застрелили 29 сентября 1993 года прямо у подъезда Шатунова на Кантемировской улице. Святые 90-е, хуле...
.
Третий и четвертый
после того, как "Ласковый май" приказал долго жить, страшно бухали. Одно время подрабатывали в гостинице «Славянская» грузчиками. Потом занимались всякой ерундой - лишь бы на выпивку хватало. Запой растянулся на шесть лет.
.
Третий нашел в себе силы завязать, и до сих пор тусит в "около-шоу-бизнесе". Особых успехов не снискал, но по крайней мере живой.
..
Четертый устроился в фирму по торговле недвижимостью, потом торговал в ларьке на ВДНХ, женился на бывшей фанатке группы, уехал на ее родину в Нижний Тагил. Работал монтажником на стройке, пил. Скончался от онкологии 2 сентября 2020 года.
..
Четертый устроился в фирму по торговле недвижимостью, потом торговал в ларьке на ВДНХ, женился на бывшей фанатке группы, уехал на ее родину в Нижний Тагил. Работал монтажником на стройке, пил. Скончался от онкологии 2 сентября 2020 года.
.
Пятый поступил умнее всех.Он, в отличие от других, вырос не в интернате, а в благополучной семье и со школьных лет отличался разумностью и целеустремленностью. Записав в начале 1992 года сольный альбом и поняв, что успех повторить не удастся, ушел со сцены, перестал появляться на тусовках и давать интервью. Тупо исчез. По слухам, ныне счастливо живет обычной жизнью, начисто вычеркнув «Ласковый май» из памяти и биографии. Найти его не удается ни поклонникам, ни журналистам.
.
Шестой сегодня скончался от инфаркта в 48-летнем возрасте в домодедовской больнице. У него, оказывается, была острая сердечная недостаточность.
.
Прочитал сейчас, что с 1989 по 1993 год на "Ласковый Май" было продано 47 млн. билетов, и это только по официальной статистике. Однако!
.
===================================
Далее вспоминает тогдашний журналист Лев Рыжков
.
===================================
Далее вспоминает тогдашний журналист Лев Рыжков
.
Дело было в 1989 году. Я был 17-летним подростком. Только что мы всей семьёй переехали в Краснодар из Сибири. И я каким-то образом прибился к газете «Комсомолец Кубани».
Всё было клёво, но однажды меня отловила редакторша и спросила:
- А ты ещё кто такой? Можешь статью написать?
..
...
- Так, Лев, теперь напиши-ка про «Ласковый май». Проанализируй нездоровую популярность этой халтуры. Попытайся понять, за счёт чего он популярен.
.
.
И вот эта тема меня вдохновила. Я сел за пишущую машинку (дома была), писал долго, вдумчиво. В итоге получилось сорок страниц. Трактат!
И вот я приехал в редакцию и торжественно протянул редакторше сорокастраничный опус.
- Это что?! – ужаснулась эта милая женщина.
- Заметка про «Ласковый май»! – провозгласил я.
- О Боже! – сказала редакторша, а потом вздохнула: - Ладно!
Забрала и ушла.
Я же принялся предвкушать.
Я же принялся предвкушать.
И примерно через полторы недели – выходит моё произведение.
Малюсенькая фитюлька на два абзаца под названием «Не понимаю примитив».
Это было всё, что осталось от моих сорока страниц.
Малюсенькая фитюлька на два абзаца под названием «Не понимаю примитив».
Это было всё, что осталось от моих сорока страниц.
***
Я, конечно, расстроился. Ещё больше пригорюнился у кассы в день гонорара, когда мне вручили полтора рубля.
.
.
Но главный сюрприз ждал дальше. Меня отловил бывалый журналист – Герман Баклажанович Джулаев.
.
.
- Это ты, что ли, Лев Рыжков? – спросил он, хитро щурясь.
- Я, - признался я.
- А ну-ка, пошли! – сказал мне этот профи.
И повёл меня в какую-то кладовку. А там стояло три мешка, до верху забитых письмами.
.
.
- Это всё отклики на твою публикацию, - сказал он. – И до сих пор приходят! Непрерывным потоком. Возмутил ты, дружок, общественность.
.
.
- Ого. – сказал я и попробовал смыться.
.
.
- Постой, - сказал мне Герман Баклажанович. – Куда побежал? У нас в редакции принято отвечать на каждое письмо. Традиция такая. Так что вот, садись, читай письма и пиши ответы.
.
.
Что делать? Я сел и стал читать.
.
.
«Ах ты, вонючий кусок говна!» - начиналось первое письмо.
.
.
Второе было не лучше: «Руки прочь от Юрочки, козлина!»
.
.
В том же духе было третье, четвёртое, пятое.
А всего писем было тысяч пять, вряд ли меньше.
Газета-то была популярная, больше ста тысяч тиража.
И что – на все отвечать?
Да ну на фиг!
И я улучив момент, технично смылся.
И больше в той редакции не появлялся.
.
А всего писем было тысяч пять, вряд ли меньше.
Газета-то была популярная, больше ста тысяч тиража.
И что – на все отвечать?
Да ну на фиг!
И я улучив момент, технично смылся.
И больше в той редакции не появлялся.
.
Прошло лет пять или шесть, прежде, чем я снова переступил порог редакции.
А Юрия жалко, конечно. Земля ему пухом.